... без Меня не можете делать ничего.
(Ин 15:5)
И вот я вернулся. Для тех, кто не знал или успел забыть - вернулся из Спасо-Преображенского Соловецкого мужского монастыря, что примерно на тысячу километров на север от Москвы, в бухте близ Кольского полуострова. Но кто сейчас не знает или хотя бы не слышал краем уха о Соловках? Хотя бы о трудовом лагере, в котором тысячами погибали люди в начале века; или же о самом монастыре, где подвизаются монахи.
Соловецкий монастырь. Крепость с 5 веками истории за спиной. Множество храмов, десятки скитов, разбросанных по территории островов. Сотни священномучеников, святых. Тысячи смертей. Десяток монахов.
Соловки остались в сознательной, жительской (от слов "как я жил и что делал") памяти смазанными образами, которые вмещают в себя века истории. Как говорила Тэсс - это как пальцы в розетку - общаться напрямую с Мирозданием.
Первое, что вспоминается это дорога к храму из келии. 5.40. Порывистый ветер, который за сто метров поменяет направление и силу раз 5-6. Слезящиеся глаза, мороз. Скудное освещение и протоптанная тропинка, наспех раскиданный по сторонам дорожки снег. Передо мной на расстоянии 10 метров идет монах в развевающейся рясе и клобуке. Тонкая несгибаемая фигура на фоне храмовых построек.
Второе - братский молебен. 6.00-6.20. Дым из кадильниц, огоньки свечей, запах ладана, мерное покачивание тел монахов перед тобой - то ли они в такт пению, то ли ты - от усталости. Звучное пение, братское. Все со всеми. Величание, тропари, кондаки, молитвы...
Единственная мысль в голове - наверное так вот выглядят души. Действительно, ангелам подобны.
Зачем я ехал? За ответами, за ответами своей душе. По велению своего духа.
Получил ли я просимое? Скорее да, увидим чуть позднее.
Что было? Было все - и молитвы по 12 часов в день, и послушание на работах, и чтение Евангелия келейно, и ночные беседы с братией, и споры - до хрипа, до швыряния валенками... Все было.
Новый год встретил так, как я хотел, но как не смог бы это сделать в Москве - я встретил его спокойно, как самый обычный день, каким он по существу и является - без надрыва, без суеты. Братский молебен, трапеза, послушание, обед, молитвенное правило, отдых перед ночной службой и с 22 до 6 утра в храме - всеношная, часы, вечеря, утреня, опять часы, литургия. Трапеза, искупаться в проруби, спать до обеда (4 часа) и снова - трапеза, молитвы, послушание, трапеза молитвы, сон... Очень спокойно. Без суеты. Правильно.
Омут памяти, что еще скрывается в нем?
Конечно же Рождество, величественная рождественская служба, праздник, говение в Сочельник. Таинство исповеди, когда понимаешь, видишь, чувствуешь обряды именно как Таинство - чуть ли не в первозданном виде. Когда ты понимаешь это душой.
Хоругвии. Богородичная хоругвия, тяжелая и скользкая на морозе. Ужасно тяжелая, когда стоишь с ней во время молитв у стен монастыря на морозе и страшном ветру, который дергает полотнище и пытается вырвать древко из твоих рук.
Запах озера. Озерной воды, когда идешь в мокрой одежде до храма. А тело еще вспоминает как погружалось в это ледяное крошево купели. Однако ж (+4) - все теплее, чем на воздухе).
Рождественский спектакль и ночной поезд...
Когда приехал в Архангельск и ждал поезда мне уже было... странно. Чувствовалось не понимание людей. Я еще не здесь, не в миру. В привокзальном кафе, единственном месте где можно было съесть что-то горячее на слова "Спаси Г-ди", эквивалент "Спасибо" буфетчица вытаращила глаза, а парни за ближайшим столиком, пьющие водку ей же и подавились...
До сих пор не могу, а точнее не хочу привыкать к Москве. Пока я ехал домой... в метро. Это чувствовалось. Много напряжения, злости. Люди смотрят куда-то в глубь себя, такое ощущение, что полностью бессмысленным взором. Нервное подрагивание их тел, агрессивность, как собаки перед началом забега на ипподроме - ждут команды бежать за зайцем, ждут когда их выпустят, позволят за ним побежать, хотя многие умом своим уже могут начинать понимать, задумываться, что и заяц механический, да и поймать его никому из них никогда не удавалось. Но не думают - все застилает жажда соревновательности. А для чего, кому, зачем? Черт его знает. Хозяин дал зайца и сказал бежать - вот мы и бежим. Прости, Г-ди...
Москва, Москва, как дальше ты встретишь меня? Тоже ведь попытаешься переварить?
Знающие люди говорят, что соловецкая "прививка" действует полгода. В крупных городах ммесяца 3-4. Потом надо снова ехать прививаться. От этой суетной и суетливой жизни.
Если кого обидел - прошу простить. Это всего лишь мои мысли и воспоминания. Те мои ощущения, которые пока еще не прошли. Я несу свет в ладонях, но он все сочится и сочится - как вода, как песок сквозь пальцы - и скоро он истает весь.
+2P.S.: В этой же записи можно задавать публичные вопросы. Что вспомню/смогу - отвечу.
Вроде бы схема, как метод размещения информации, должна экономить место, а у меня получилось наоборот. Информация о жизни и смерти моих предков в рукописном варианте заняла у меня 5 листов А4. А в виде генеалогического дерева на 250 персон - 10 листов.
Всех с наступающими праздниками.
Доступ к записи ограничен
